Список форумов Форум сайта «Глобус Беларуси» Форум сайта «Глобус Беларуси»
Основной проект — “Глобус Беларуси
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Скромность Доброго Фея

 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Форум сайта «Глобус Беларуси» -> Путешествия -> Прогулки с Добрым Феем
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Владислав Ф.



Зарегистрирован: 07.01.2012
Сообщения: 2127
Откуда: Минск

СообщениеДобавлено: 17 Aug 2016, Wed, 22:05    Заголовок сообщения: Скромность Доброго Фея Ответить с цитатой

Увы и ах, всему когда-нибудь что-нибудь да приходит. В крайнем случае конец. Так и в начатой два года назад мною неблоговом блоге "Доброта Доброго Фея" закончилось место, да и сам Добрый Фей закончился, но дело его будет жить в веках, и раз ветка за почти два года набрала 10000 просмотров, полтора десятка комментариев и полдесятка комментаторов из которых половина успела за эти два года на меня надуться и видимо навсегда, то надо сделать какой-то вывод, но я его делать не буду, а просто начну новую ветку не дожидаясь нового учебного года. А в самом деле - чего его ждать?

P.S.О Доброте Доброго Фея можно почитать здесь
https://fgb.by/viewtopic.php?t=5568&postdays=0&postorder=asc&start=0
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Владислав Ф.



Зарегистрирован: 07.01.2012
Сообщения: 2127
Откуда: Минск

СообщениеДобавлено: 17 Aug 2016, Wed, 22:06    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Часть 1. Любовь и голубь
Если вы чувствуете хоть малейшие колебания в своей моральной устойчивости, тогда бы почему бы вам и не прочитать нижеследующий рассказик. Он может дать слабое представление о том, как может пройти вечер в компании ДФ, когда он в ударе. Людям же беспорочным я бы посоветовал немедленно закрыть эту страницу браузера. Осторожность не помешает.

История эта приключилась со мной во время учебы на четвертом курсе института, т.е. лет примерно двадцать назад в те годы, которые сейчас называют лихими, а тогда совсем так не называли. В поисках тонкого куска хлеба насущного и толстого куска масла к нему я занимался укладкой асфальта под патронажем одного столичного строительного треста в свободное от занятий в институте время, то есть вместо этих занятий. Работа заключалась в том, что мы с моим напарником дядей Женей (он же отец Евгений, в миру Геннадий) беспробудно пили. Иногда, еле волоча ноги, мы все-таки выезжали на дорогу и закладывали жирным как навоз, и ароматным, как сопревшее сено асфальтом выбоины, превращая их в горки. Разнообразная четырехколесная живность игриво подпрыгивала на этих самодельных лежачих полицейских, и мы радовались, что доставили немного удовольствия куркулям-автовладельцам. Впрочем, эти маленькие радости отнюдь не компенсировали тех тяжелых потерь здоровья, которые ежедневно нес наш сплоченный отряд. Даже в яркую солнечную погоду меня окружал туман, и постоянно хотелось вытянуть руки, дабы не стукнуться обо что-то головой. В тяжком алкогольном сне меня окружал сплошной асфальт, барханы асфальта до горизонта в солнечном мареве, и я стал серьезно подумывать о том, чтобы сменить свою оранжевую пролетарскую жилетку на что-нибудь менее демократичное. Например, на костюм лектора общества «Знание». В институт мне ходить однозначно не хотелось – изучение особенностей функционирования парнокопытного протеза левой ноги разработки Лауреата Ленинской Премии Николая Коперника, лейб-медика Ея Высочества Августы Гогенцоллерн вгоняло меня в еще большую меланхолию.

Но птичка божия не знает ни забот и ни труда... Моя соседка, моложавая карга с повадками дикобраза и с такой же внешностью, как то раз почувствовала угрызения совести. Я постоянно снабжал ее большим количеством разнокалиберных бутылок, сам сдавать ленился (уверяю вас, там не было ни одной брутальной молочной, исключительно солидные зеленые винные пузаны и изящные водочные кармен). Так вот она решила меня облагодетельствовать, и рассказала такую историю. Мол, убирает она квартиру у одной очень богатой дамы (она так и сказала «дамы»). У дамы ентой грохнули мужа (я заинтересовался), и восьмилетний сын остался сироткой. За сынком постоянно присматривает телохранитель, но мальчику нужен гувернер (она так и сказала «гувернер»), для пестования его многочисленных способностей. Дама поинтересовалась у карги, нет ли у нее на примете какого-нибудь молодого человека с хорошими манерами, и та пообещала присмотреть. На ловца и зверь бежит, перед ней стоял молодой человек интеллигентного вида с сеткой пустых бутылок в руке. «Завтра пойдем на смотрины», - буркнула она, забрала авоську с бутылками и пошла в пункт приема стеклотары, на ходу роняя иглы. На поплавки хорошо, подумалось мне. Забыл сказать, что на почве двухлетнего запоя, я периодически стал галлюцинировать.

Тут до меня стал доходить смысл сказанного. В голове закрутились какие-то смутные воспоминания про книжку “Детство Никиты”, читанную в детстве, и про какого-то Аркадия - скромного учителя-приживалу при барях. Это ж можно будет кинуть спецовку, каску и шуфель, и начать жить в хоромах, почивать на перинах, пить вина шампанские, есть масла прованские, пряниками непечатными закусывать. А еще заигрывать с горничной (я уже навоображал себе горничную), которая будет наливать суп из супницы (я уже навоображал себе супницу). Я немедленно вернулся в квартиру, примерил первый раз костюм, купленный на непропитые остатки зарплаты, и весь вечер простоял у зеркала, пытаясь придать себе выражение лица Вячеслава Тихонова из кинофильма «Доживем до понедельника», причем грезы о горничной сменялись грезами о супнице, причем супница грезилась отчетливее. Спал я в ту ночь необыкновенно сладко, и снились мне горы асфальта, которые разравнивали Песталоцци, Сухомлинский с Макаренко и еще пять незнакомых дятлов в очках.

Утром я сбегал в трест взять отгул, мне его без лишних вопросов дали, хотя прораб заметил: «На... он тебе. Один ... ни... не делаете, на...».

Часа в два мы отправились на смотрины, ехал я в троллейбусе пунцовый, как нецелованная девушка перед первым в жизни изнасилованием. Дама неожиданно мне понравилась, она вся была как сплав меди, вольфрама, железа и никеля с золотоплатиновым шлаком по всей площади слитка и частично внутри (во рту). Владела сетью бутиков, где продавалось шмотье со стамбульского и шанхайского рынков, на которые пристрачивались лэйбы от всяких Труссарди, купленные на тех же рынках оптом. Бутиковая мафия грохнула ее мужа по ошибке, он был явным подкаблучником и работал бухгалтером фирмы, точнее не работал, а постоянно домогался ласк мающихся бездельем продавщиц. Всеми делами заправляла эта сверкающая стерва. Дама долго распиналась о всевозможных достоинствах своего бедного сиротки, я ей явно понравился, когда нужно я умею быть очень обаятельным. Она поинтересовалась моими верительными грамотами. Я предъявил ей свою медаль «За доблестный труд» (выменял за бутылку пива у знакомого алкаша), зачетку со сплошными пятерками (результат постоянного обмана преподавателей – они считали себя глупее меня, а на самом деле я был умнее их) и справку о моем выдающимся двухгодичном руководстве кружком юных натуралистов городского дворца детей и молодежи. «Животных, значит, любите» - поинтересовалась стерва. Ей улыбнулся Бандерас «Да, люблю. Песиков, там, котиков…» Ее почему то не смутила здоровая и такая же фиолетовая печать с огромной надписью «Белдорстрой» по центру. Справку эту мне утром отстукала на машинке одна лапочка из бухгалтерии треста, она же и печать шлепнула.

«Игорь», - вдруг заревела стерва, и в комнату вошел… вошло…, нет вошли челюсти, а затем громыхая гусеницами въехал и их обладатель. - Приведите, пожалуйста, Алешу!» У меня в голове промелькнуло «Белеет ли в поле пороша… цветов он не дарит девчатам… они ему дарят…» и тут бульдозер (это был телохранитель) вернулся вместе с белокурым одуванчиком. Странно, но до сих пор я ни разу не задумался о том, что моему поручению собираются вверить малолетнего представителя подрастающего поколения, и что я теперь как бы буду пестователем и сеятелем разумного, доброго, вечного. И что от успешности прохождения испытательного срока зависит степень наполнения моих скудных до бедности бюджета, желудка и гардероба. И что в конце концов, воспитание ребенка предполагает какую-то ответственность. Увы! Признаюсь, я тот кажусь себе нынешнему как бы не очень симпатичным - голова моя была в значительно большей степени занята размышлениями на тему поиска какой-нибудь горничной, ну, или, на худой конец, супницы.

Стерва, отпустив какие-то незапомнившиеся инструкции, оставила нас втроем. И… я оставляю описания дальнейшего дня ОГенри или Аверченко, мое перо сохнет. Таких выродков, по-моему, производят на свет какими-то альтернативными способами. К вечеру Бандерас превратился в Караченцова. Я серьезно подумывал о том, чтобы придушить засранца. Меня останавливало только мерное погромыхивание ковша бульдозера, постоянно жующего жвачку. Имя этому белокурому одуванчику было одно - ТВАРЬ!!! Мир вокруг меня сворачивался в виде супницы, а действительность пузырилась кипящим маслом, в котором я кипятился, аки фальшивомонетчик. Спасти меня мог только один человек. Точнее могла.

Когда стерва вернулась вечером, я залился соловьем китайского императора, о том какие выдающиеся способности я обнаружил у ее неполовозрелого гения. И что я не достоин лобызать песок, по которому он ходила, а уж тем более сеять разумное, доброе, вечное. Но у меня на примете есть девушка совершенных достоинств, Софья Ковалевская, Мать Тереза и Элеонора Белянчикова в одном флаконе. Стерва расплылась от комплиментов своему ублюдку, хотя, все-таки смутно догадываясь, чего на самом деле стоит ее отпрыск, смотрела с некоторым недоверием, как святая инквизиция на Жанну Дарк. «Ну что ж приводите», буркнула она, и удалилась, осыпаясь по дороге нитками жемчугов. Я же помчался звонить Тане Потоцкой.

О, Таня, благородный потомок заможных шляхтичей, пропойц и мазурщиков, проевших, пропивших и протанцевавших Ржеч Посполиту. В твоих воловьих глазах пускали фонтаны киты и тонули Титаники. Твою осиную талию можно было перерезать ниткой, а грудь, о эта грудь, как с картины про французскую революцию – миллионы женщин отдали бы за эту грудь весь силикон мира. Я помогал Тане делать курсовые (своих я не делал принципиально, а как умудрялся выкручиваться, и притом получить красный диплом, расскажу как-нибудь после), и она дарила меня своей благосклонностью к черной зависти всего факультета. Она поразительно умела слушать, и, рассказывая ей бесконечные истории из своей бурной жизни, я тонул в ее глазах вслед за Титаниками. В свой чертог Снежной Королевы она не приглашала, а я даже заикнуться не смел, а может даже и приглашала, но я даже и заикнуться не смел, что могу принять приглашение.

Как и все феноменально красивые женщины, Таня полностью оправдывала пословицу: ум бабий, что хвост жабий. А, как и все дуры была в некоторых вопросах поразительно упрямой. Но это не ее вина, ей надо было не в институте учиться, а согревать на своей груди все истосковавшееся по теплу человечество, включая негров. Таня вбила себе в голову, что непременно должна сама зарабатывать себе на жизнь, хотя отец у ней ворочал миллионами, найти бы то место, где их ворочают, и в единственной дочке души не чаял. Он покупал ей заморские шелка и бархаты, нанял личного шофера, чтобы тот возил ее в институт и обратно, чем я частенько пользовался, если опаздывал после экзаменов в трест. Мне кажется, что если бы она попросила отца принести аленький цветочек, он бы тут же одел свои лапотки из кожи крокодила, закинул бы за плечи котомку со своими миллионами и отправился бы на своем вертолете к острову Буяну, и вырвав гланды у голливудского чудовища, привез бы ей этот вялый тюльпан. В общем, отец ворочал миллионами, я ворочал асфальт, а Таня хотела работать. Эти мысли и промелькнули у меня в голове, пока я искал телефон-автомат.

На следующий день мы мчались в шикарном Вольво к особняку стервы. С лица у меня не сходила радостная улыбка девушки вошедшей во вкус изнасилований, Таня же сидела, вечная как статуя Нефертити, шофер косился в зеркало заднего вида и источал приторный запах мускуса.

Стерва оценила и Танину машину, и Танину грудь, на минутку запнулась, очевидно, забеспокоившись о сластолюбце-муже, но, вспомнив о том, что он уже месяц стоит на подоконнике в красивой бронзовой вазе, быстро успокоилась. «Игорь, - заревела вновь сирена, у меня по привычке завертелось в голове «в долинах покоем объятых… и гулкие ливни шумят». Вкатился бульдозер и… в комнате сверкнула молния, вздрогнул один из трех китов, на которых плавает в какой то луже Земля. Континенты разошлись еще на несколько миллиметров, что привело к серьезным спорам среди геологов, кому то даже бороду вырвали, но причину неожиданных подвижек знал только я – Таня влюбилась в бульдозера, а бульдозер влюбился в Таню. Я почувствовал, как воздух густеет, и быстро ретировался, дабы не утонуть в этом Гольфстриме.

Я вернулся в трест, и коллеги радостно встретили меня, как блудного сына. Дядя Женя (отец Евгений, в миру Геннадий) заклал ягненка, откупорив бутылку. Я почувствовал себя в уютной привычной обстановке.

Таня появилась в институте через три дня. В ее глазах теперь тонули не только Титаники, но и рыболовецкие шхуны, китайские джонки, военно-морские силы США, и даже порхавшая еще тогда станция «Мир». Их роман с бульдозером развивался как управляемый термоядерный синтез. Дело определенно шло к свадьбе, я тихо шептал «Таня – ты Лох». Забыл сказать, что фамилия бульдозера была Лох, а имя, кажется, Игорь.

Вы спросите, а как же засранец и я вам отвечу, что он перестал быть засранцем, потому что у него неожиданно для всех появился гувернер. Бульдозер всерьез взялся за него. Дабы он не мешал любовным утехам двух голубков, Бульдозер со всей свойственной ему нежностью, несколько раз применил меры педагогического воздействия, которые нарушили какую-то там конвенцию ООН, а если честно, то и несколько конвенций ООН, а если уж совсем честно, то все подряд конвенции ООН, даже те, что еще предстоит принять в ближайшем будущем, отучая его от нехороших манер. Спать засранец теперь ложился не позднее шести часов, потому что голубкам надо было насытиться друг другом до прихода стервы, которая не могла нарадоваться потрясающим успехам сына во всех науках и искусствах. Еще бы, бульдозер взглядом убивал некрупных животных и легко рвал эспандеры, которые с трудом растягивал даже великий Власов. Засранец панически боялся жаловаться и постепенно превращался в мальчика из нравоучительных немецких книг. Впоследствии он с отличием окончил Военную Академию, но военную карьеру решил не делать, стерва к тому времени заработала денег, как грязи, свернула бизнес, купила недвижимость за границей, эмигрировала, и он уехал вместе с ней получать новое образование за границей.

А вот на свадьбе Игоря и Тани я был свидетелем со стороны невесты и самым почетным гостем, как голубь соединивший двух влюбленных. После того, как новобрачные расписались в своей окончательной лоханутости и Таня Потоцкая сменила свою шляхетскую фамилию на не менее красивую фамилию Лох, я облобызал новобрачных и даже немного всплакнул. Потом после круиза по городу и обязательного возложения цветов все отправились на главную часть свадьбы – к столам. Банкет однозначно удался. Бульдозер опрокидывал в рот салатницы с оливье, в которые я только что стряхнул пепел с сигареты, и пил шампанское ведрами. Я не отставал от него, только пил водку, от шампанского меня пучит, обслуга устала ведра таскать. Пьянея, я поминутно кричал «Горько!», и гости кричали «Горько!», и вся страна кричала горько, и даже один из китов, на котором в мутной луже плавает наша планета, и в которой утонула таки станция «Мир», тоже что-то пробулькивал в такт. Бульдозер вставал, грабастал лебедушку своими сенокосилками и целовал ее с пыхтением гидравлического пресса. Гости громко считали, и только танин отец при этой картине каменел лицом. Дальше я утонул в этом торжестве жизни.

Свадьба продолжалась несколько дней - ездили из дома в дом. Меня, как самого дорогого гостя упорно не отпускали. Утром подносили тазик, а потом, помыв, побрив и выбрав из волосьев крупный мусор, облачали в наспех отчищенный от салатов и рвотных масс костюм и везли праздновать. К концу второго дня меня стало пучить уже от водки, на вопросы собутыльников я только попукивал и они меня понимали. На третий день я ежеминутно галлюцинировал. Толстый ресторанный кот нагло хлебал минералку у меня на глазах, уперев переднюю лапу в бок, а заднюю глумливо отставив. «...», - это все что я ему смог сказать. Он поставил бутылку, завернул крышку и проблеяв «... вы все!» шутихой вылетел в закрытое окно, не разбив при этом стекла. На четвертый день, меня смело можно было ложить в гробницу вместо Тутанхамона, блевал я не выходя из-за стола, и теперь все больше через нос. Из меня фонтаном лилась дорогая ресторанная еда вперемешку с кусками внутренних органов, слизистая желудка отслоилась к чертям, а при особо тяжелых приступах екало сердце и в заднем проходе что-то странно лопалось. Костюм по заскорузлости не отличался от моей рабочей телогрейки в тресте.

Когда меня на пятый день выносили на носилках, чтобы, наконец, отвезти на работу в трест, я поверил во всех богов мира вместе взятых и поклялся самой страшной клятвой, что больше никогда не вернусь в этот дом. Я сдержал свою клятву.

Переходим к эпилогу. Лет через десять я встретил Таню с бульдозером на рынке. Я давно сменил пролетарскую профессию асфальтоукладчика на благородную профессию инженера, завязал с алкоголем, и поэтому они не сразу меня узнали. За Танину юбку держались двое волооких бульдозерчиков, красивых как Таня, а бульдозер держал на руках маленькую дочку, страшную, как смертный грех и папа. Мы очень тепло пообщались, они немедленно предложили своему голубю ехать в гости в их новый дом, который подарил им танин папа, но я отказался по вышеуказанной причине.

Вот, собственно, и все.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
КИНДУС



Зарегистрирован: 05.04.2009
Сообщения: 1579
Откуда: Минск

СообщениеДобавлено: 22 Aug 2016, Mon, 1:49    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Капец Какая Скромность (знаки препинания и ударения расставишь сам)
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Алекс Сталь



Зарегистрирован: 07.01.2010
Сообщения: 1409
Откуда: г.Минск

СообщениеДобавлено: 22 Aug 2016, Mon, 19:59    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Владислав Ф.

Про асфальтовые бугорки очень красиво изложили.
У Вас много достойных последователей Laughing

Ну а про любовь, так сердцу не прикажешь Rolling Eyes
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Отправить e-mail
Владислав Ф.



Зарегистрирован: 07.01.2012
Сообщения: 2127
Откуда: Минск

СообщениеДобавлено: 23 Aug 2016, Tue, 20:18    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

КИНДУС писал(а):
Капец Какая Скромность (знаки препинания и ударения расставишь сам)

Ударения тоже? (в слове "какая")???
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Владислав Ф.



Зарегистрирован: 07.01.2012
Сообщения: 2127
Откуда: Минск

СообщениеДобавлено: 23 Aug 2016, Tue, 20:21    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Алекс Сталь писал(а):
Владислав Ф.
Про асфальтовые бугорки очень красиво изложили.
У Вас много достойных последователей Laughing

Видите ли, Александр, наша с Вами задача, ни в коем случае не отклоняться от мировой дхармы. В этой жизни я укладывал асфальт, а вы - автовладелец, видимо в следующей, мне суждено стать автовладельцем, а вам - асфальтоукладчиком. Rolling Eyes
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Valery Zeliazei



Зарегистрирован: 01.02.2011
Сообщения: 1332

СообщениеДобавлено: 14 Sep 2016, Wed, 13:32    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

***
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Отправить e-mail
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Форум сайта «Глобус Беларуси» -> Путешествия -> Прогулки с Добрым Феем Часовой пояс: GMT + 3
Страница 1 из 1

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах
Вы не можете вкладывать файлы
Вы не можете скачивать файлы